Иван Яковлев: «После финала Олимпиады не мог уснуть до шести утра»

Один из лучших центральных блокирующих российского и мирового волейбола последних лет рассказал о необычных вариантах своего отпуска, восстановлении после тяжёлой травмы и амбициозных задачах «Белогорья» на следующий сезон.

— Твоя супруга активно вела блогерские репортажи из отпуска, ты — в каждом рилсе и на каждом фото с двумя маленькими дочками на руках. Сильно устал после такого отдыха?

— Честно говоря, двоякие ощущения от отдыха. Можно сказать, как такового отпуска у меня не было. С 28 марта нахожусь в процессе реабилитации после тяжёлой травмы, и летом каждый день надо выполнять комплекс упражнений. Постоянно индивидуальные тренировки и всевозможные физиопроцедуры.

Да, голову во время отпуска с семьёй чуть-чуть удалось разгрузить. Но я продолжал заниматься и там, на каждый день была расписана своя программа упражнений. Ну и сам отдых в связи с тем, что недавно родилась вторая дочка и наша семья стала ещё больше, тоже меняется, становится другим. Отпуск с двумя детьми — это совсем другое, чем когда вы вдвоём с супругой или хотя бы с одним ребёнком.

Ещё летом удалось выбраться на рыбалку в Карелию, взял судака на 9 килограмм. Мы его увидели на эхолоте, он лежал в яме — и долго пытались заставить его скушать приманку, он не хотел её брать. В конце концов получилось. Вываживал минут пять. Надеюсь, до начала сборов с «Белогорьем» получится ещё раз съездить на трофейную рыбалку, поискать щуку-мамку.

— 9-килограммовый судак — самый большой пока твой трофей?

— Именно судак на девятку — да. До этого, в прошлом году, была примерно такая же щука. Ну может, на 10 килограмм она тянула. Правда, вытянул её довольно быстро, она в толще воды шла. Сейчас хочется этот результат превзойти.

— Ну да ладно, давай теперь к делам спортивным. Насколько тяжело было и физически, и морально после получения травмы?

— Физически — всё понятно. Играть ты не можешь, можешь только выполнять все рекомендации медицинского штаба и тренера по ОФП. А морально, конечно, очень трудно. Ты понимаешь, что команда рассчитывала на тебя, возлагала определённые надежды, а ты не можешь помочь. И сам знаешь, что должен быть на площадке, должен помогать команде — и результат в итоге должен быть иным.

А тут — исход матчей от тебя не зависит, ты не имеешь возможности полноценно разделить с партнёрами радость побед или горечь поражений. Тяжело… Травмы всегда случаются некстати, но моя — особенно не вовремя, самая концовка сезона. В общем, действительно очень непросто я эту ситуацию переживал.

— По ходу сезона белгородцы объективно были в порядке. Я вживую заезжал в Санкт-Петербург на матч твоих бывшей и нынешней команд, «Зенита» и «Белогорья» — и последняя, при твоём активном участии, победила со счётом 3−2. Что помешало белгородцам в плей-офф — помимо твоего отсутствия?

— У нас в принципе по ходу этого сезона было много травм важных игроков. Можно даже сказать, что травмы были лейтмотивом сезона для нашей команды. То основной диагональный Мохаммед Аль-Хачдади выпадал, то капитан и главный доигровщик Пашка Тетюхин, то блокирующий Саня Мельников со спиной мучился… Ну и я поломался ещё вдобавок ко всему этому. Часто ребята выходили играть с недолеченными повреждениями, до конца не восстановившись. И в любом случае, после травмы сложно сразу поймать правильный игровой ритм. В общем, очень непростой сезон получился.

Ещё и тренеры несколько раз менялись в первой части сезона — это тоже, наверное, накладывало определённый отпечаток. Но главная причина — всё-таки травмы. По той игре и тем результатам, которые мы показывали в оптимальном составе, было видно, что потенциал у нас хороший. Но командного здоровья нам не хватило.

— Главный тренер «Белогорья» Игорь Колодинский ещё относительно недавно сам выходил на площадку. Насколько тяжело — или легко — работать под его руководством?

— Конечно, интересно было бы поработать с предыдущим тренером «Белогорья», олимпийским чемпионом Александром Волковым. Тем более, он в бытность игроком тоже был центральным блокирующим, как и я. Но не посчастливилось. А с Игорем Колодинским мы даже вместе играли в «Зените» и «Факеле».

Мне кажется, всех тренеров, которые недавно сами выходили на площадку, ещё не отпустило полностью игроцкое состояние. Поэтому волейболистам проще найти контакт и коннект с такими наставниками, проще вести диалог — так как мы говорим на одном языке.

Игорь, как мне кажется, отлично чувствует состояние команды и отдельных игроков. Понимает, когда подопечным надо дать отдохнуть, когда, наоборот, добавить нагрузку. Когда буквально вчера чувствовал всё это на самом себе, когда ощущения ещё свежие — тебе как тренеру легче. Но, возможно, это мне так кажется со стороны.

— Колодинский, помимо большой карьеры в классическом волейболе, успел добиться серьёзных достижений ещё и в волейболе пляжном. А у тебя никогда не было забавных ситуаций на отдыхе — когда вы вместе с супругой, экс-волейболисткой, выходили вместе на отельный пляж и начинали разрывать туристов?

— Ну, конечно, бывало такое, что во время отпуска играли в пляжный волейбол. Но до каких-то серьёзных заруб дело не доходило. Так, чисто подурачиться, подержать в руках мячик. Даже в каких-то самых любительских турнирах с супругой не участвовали.

— Когда в «Белогорье» начнётся подготовка к сезону?

— 15 июля собираемся в Белгороде на двухнедельный сбор по ОФП. Песочек, тренажёрка… Я, правда, поначалу буду работать в индивидуальном режиме, процесс восстановления от травмы ещё не завершён. Повреждение у меня непростое, и сразу работать на 100% вместе с остальной командой будет нельзя. Иначе — чревато рецидивом. Ну, а во время волейбольной работы в Туле, надеюсь, уже смогу тренироваться наравне со всеми ребятами.

— Понятно, что о задачах на сезон говорить рано — но всё-таки, что станет для «Белогорья» успехом в следующем сезоне? Учитывая тот факт, что по бюджету белгородцы своим конкурентам уступают и, к тому же, почти все сильнейшие российские клубы этим летом совершили несколько мощных трансферов.

— Прежде всего важен подбор игроков. И то, какой из этих игроков получается коллектив. Деньги и бюджеты в большом спорте, конечно, играют важную роль, но не решающую. Тот же петербургский «Зенит» обладает самым большим бюджетом среди российских команд, но, к сожалению, золотые медали пока не выиграл.

Естественно, задачи перед «Белогорьем» стоят максимальные. И я уверен, что если нам опять не помешают травмы — мы способны бороться за самые высокие места.

— Ты много лет провёл в «Зените», был капитаном команды, любимцем болельщиков. Сложно было решиться на переход в «Белогорье»? Что стало главной причиной этого решения?

— Лёгким это решение точно не назову. Основная причина — в последний свой сезон в «Зените» я остановился в развитии, перестал прогрессировать. Началась какая-то игровая стагнация. Нужен был новый вызов, новые эмоции, физическая и психологическая перезагрузка. Когда человек постоянно находится в привычных условиях, это не всегда идёт на пользу. Для дальнейшего развития нужно периодически выходить из зоны комфорта.

В итоге я взвесил все «за» и «против», сам создал для себя этот новый вызов — и моей игре это точно пошло на пользу. Как минимум я вернулся к той форме, которую демонстрировал в свои пиковые сезоны. И мышление моё на площадке поменялось, я стал увереннее и сильнее.

Руководитель «Белогорья» Сергей Юрьевич Тетюхин ещё в бытность генеральным менеджером сборной России проявлял ко мне интерес. Я знал, что в этой команде меня встретят радушно, как своего, что никаких проблем с адаптацией не возникнет. Так и получилось: я очень быстро смог влиться в белгородский коллектив. Поэтому этот переход — очень правильный шаг.

— Раз уж зашла речь о сборной — сильно переживаешь, что твои праймовые годы приходятся на изоляцию российского волейбола? И можно ли сказать, что поражение в финале токийской Олимпиады, за которое в силу политических причин так и не удалось взять реванш, — самое тяжёлое в твоей карьере? И вообще, каких больше впечатлений от тех Игр — гордости за то, что удалось взять серебряные медали, грохнув по пути грозных бразильцев и другие сильные команды, или всё-таки разочарования от того, что для первого места не хватило буквально пары розыгрышей?

— Конечно, сильно переживаю из-за изоляции российского волейбола — как и все ребята нашего поколения. Тем более что после Олимпиады в Токио осталась очень сильная недосказанность. Как ты правильно сказал, до золота нам не хватило совсем чуть-чуть — и мы чувствовали в себе силы закрыть этот гештальт на следующих Играх в Париже. Команда-то у нас сильная, классная, и мы могли доказать, что достойны золотых медалей. Но, к сожалению, дальше случилось то, что случилось — и негативный осадок от всего этого очень большой. Ещё неизвестно, будет ли вообще у нас шанс что-то доказать.

Понятно, что после финального матча было много отрицательных эмоций. Я вообще очень плохо переживаю поражения. Да не только поражения, после любых тяжёлых матчей долго, много часов не могу уснуть, прокручиваю в голове те или иные эпизоды. Башка кипит, в ней снова и снова ключевые эпизоды игры. Я никогда равнодушно не относился к исходам матчей. После финала с французами уснул, наверное, только в шесть часов утра — если не позже…

Да, волейбол — это прежде всего игра, а в игре всё совершают те или иные ошибки. Все мы не роботы, а люди, поэтому в любом случае иногда ошибаемся. Но, конечно, есть обычные, рядовые ошибки — а есть ошибки грубые или глупые, которых точно можно было избежать. Если совершаешь их — конечно, остаётся осадок.

Ну, а если возвращаться к Олимпиаде… С течением времени, конечно, приходит осознание, что серебро Олимпиады — это гигантское достижение и повод для гордости. Очень многие спортсмены в принципе никогда не принимали участия в Играх, не говоря уже о том, чтобы подниматься на пьедестал. Так что эта медаль, пусть и не золотая, всё равно очень ценная. Особенно учитывая тот уровень конкуренции, который существует в мировом волейболе все последние годы.

— А если говорить о персональной конкуренции — кто твои самые сложные, «нелюбимые» оппоненты за всю карьеру?

— Мне всегда не нравились первые темпы, которые в атаке снимаются очень быстро — прыгают невысоко и сбивают мяч, едва он взлетает выше сетки. Лично мне с такими ребятами некомфортно, сложно справляться с такой манерой атаки.

А если говорить о моих атаках, то лучше всего им противостоят, наверное, Дима Лызик и Илюха Власов.

legalbet.ru